пятница, 14 ноября 2014 г.

"Быть женщиной – великий шаг"

Об этой книге писать труднее всего, хотя читать ее, наверно,  будет интереснее прочих.  Ольга
Ивинская. "Годы с Борисом Пастернаком и без него".  Правильный вектор для  прочтения этих воспоминаний  задает  Дмитрий Быков, написавший предисловие  об авторе мемуаров, женщине, сыгравшей  в жизни поэта …почему-то хочется сказать "роковую роль", хотя это  не совсем так. Но то, что роль эта была  немалой, бесспорно.  Книга воспоминаний Ольги Ивинской одно из самых легких  сочинений в отечественной словесности, хотя называть легкой жизнь Ольги Ивинской не осмелился бы и самый отчаянный лакировщик. Иногда кажется, что Борис Пастернак полюбил Ольгу Ивинскую  именно за ее выдающееся легкомыслие, которое, слава Богу, оказалось наследственным. Его так легко перепутать  с эгоизмом и даже с непорядочностью
В чем только не упрекали Ольгу Ивинскую!
 И это понятно.  Женщина,  которую Пастернак полюбил уже в зрелом возрасте,  имея семью, с которой  связана история   издания "Доктора Живаго" за границей, которую не пускали проститься к умирающему поэту – эмоции  вокруг нее кипели с  начала знакомства с Пастернаком в 1946 году и спустя еще долгие годы после его смерти.  Кто-то испытывал к ней сильную  неприязнь, кто-то был очарован, не было только равнодушных.
В одной из самых  дорогих Пастернаку героинь, Ларе из "Доктора Живаго", воплотились  черты  двух его любимых женщин: жены Зинаиды Николаевны  и Ольги Ивинской.  Чьих больше? Трудно сказать, наверно, каждая из прототипов была уверена в своем первенстве.
Мемуары Ивинской -  это воспоминания женщины, которая умела  не  замечать  трагических сторон жизни,  ценить ее маленькие и большие радости, умела любить  и многое прощать.  Только она  сумела  пройти лагерь со всеми его "прелестями" и вернуться оттуда, сохранив  женское очарование, не утратив ни капли  привлекательности. Уже немолодая,  рыдающая на похоронах Пастернака, находящаяся в  весьма двусмысленном положении, она продолжала  восприниматься как красавица. Эгоистка, хищница, героиня? Мне нравится  последний вариант.   С ней дружили, ее ненавидели, ею восхищались.  Среди друзей – Ариадна Эфрон, дочь Марины Цветаевой, адресат многих писем Пастернака.
О том, что мемуары – самая субъективная вещь на свете, все время вспоминаешь, читая книгу Ольги Ивинской. Так все было или не так – сказать  теперь невозможно.  Родственники поэта до сих пор обходят  молчанием  ее имя, не желая  давать никаких комментариев.  Но для нас эти мемуары ценны тем,  что с их страниц на нас смотрит  Пастернак  последних  полутора  десятилетий своей жизни, трудных и мучительных, но окрашенных любовью. А когда гений влюблен,  то "влюбляется  бог неприкаянный".
Ей приходилось не только очаровывать, но и  бороться, спасать, защищать, выживать.  

Быт  ее, при всей врожденной легкости, умелости и трудоспособности, был всегда хаотичным и неустроенным. Денег она не нажила, семейную жизнь толком не устроила, однако все, кто ее знал  уже в семидесятые , вспоминают  исключительно  красивую и счастливую женщину.

Мы не гении, поэтому говорим о Ивинской  долго, много и с подробностями. А Пастернаку достаточно  одной  фразы:

"Быть женщиной – великий шаг, сводить с ума – геройство".   И никакие  комментарии больше не нужны.

Комментариев нет:

Отправить комментарий